Полит Х - Телевизионный Интернет-канал
 Авторское
 Телевидение
Полит Х - Телевизионный Интернет-канал
Сегодня 
19.09.2018 
Главная страница > X-Архив > Владимир Линдерман и Сергей Шаргунов
X-Сайт
X-Архив
X-Форум
X-Справка
X-Эксперт
X-Команда
X-Партнеры
X-Контакты

Владимир Линдерман и Сергей Шаргунов


9 января 2004 года
Молодежная политика. Кому нужна сегодня молодежь?

Часть 1
Часть 2
Часть 3

Роман Попков
Роман Попков
X-Справка
Олег Бондаренко
Олег Бондаренко
X-Справка
Владимир Линдерман (X)
Владимир Линдерман (X)
X-Справка
Сергей Шаргунов (X)
Сергей Шаргунов (X)
X-Справка

С. Корзун: Очередная смена караула на последнюю часть нашей дистанции. Напомню, что тема наша сегодняшняя посвящена молодежи. У нас проходит опрос: "Что нужно молодым от государства?" Не забудьте проголосовать...

C. Шаргунов: Голосуют?

С. Корзун: Не особо активно, но ответ "Ничего не нужно, только свобода действий" дали большинство. То есть ни материальные блага, а свобода действий: ничего от государства молодым не надо, только это. Достаточно широкое понятие. Сергей, с чем хотелось бы поспорить из той дискуссии, которая была?

C. Шаргунов: Поспорить хотелось бы довольно глобально: просто мне кажется, что вселенная настолько предельно разнообразна, что молодежь находит свою реализацию, да и каждый человек независимо от его возраста находит реализацию в чем угодно. И поэтому какая-то одномерность общества, выстраивание его в парадигме конкретной идеологии всегда приводит к окончательному застою или же к подавлению инакомыслия, той самой пресловутой пассионарности, о которой шла здесь речь.

С. Корзун: То есть должны "цвести все цветы", в том числе и молодые?

C. Шаргунов: В этом и есть широко понимаемое мною творчество...

С. Корзун: В творчестве, с одной стороны, а с другой стороны, если человек абсолютно не интересуется политикой и увлечен наукой, чем угодно...

C. Шаргунов: Прекрасно, творчество в науке - это замечательно и для государства, и для общества, и для конкретной личности.

С. Корзун: Что на Ваш взгляд государство все-таки должно делать для молодых, отвечая на вопросы этой же анкеты? Есть какие-то специфические вещи, которые хорошо устроенное государство должно было бы сделать для молодежи?

C. Шаргунов: Государство не должно внедряться в сознание молодых, оно не должно выкручивать им мозги, но при этом определенную социальную поддержку, гарантии для работы, для труда, для того чтобы найти свое место в этой жизни, оно должно давать молодым. Кроме того, государство, если оно развивается, безусловно, для большой части населения предлагает некоторые ориентиры: здоровое общество, поддержка семьи и так далее. Но все это, по всей видимости, не должно проводиться в 21 веке путем навязчивых лозунгов и кумачей.

С. Корзун: Господин Абель предложил нам вообще дискриминировать пенсионного возраста население, и для всех, кто молодой не только душой, специальную политику вырабатывать. А молодые сами разберутся. Согласны с этим?

C. Шаргунов: Мне это совсем не близко, потому что, к сожалению, ядреные варвары могут оказаться очень губительными для страны, для государства. Поэтому люди умудренные, проходящие жизнь - взять того же Эдуарда Лимонова, человека состоявшегося, прошедшего через разные беды...

В. Линдерман: Я говорил о пенсионерах, а не о возрасте - о людях, которые ушли от активной деятельности на дотацию общества...

C. Шаргунов: Очевидно, что на одних активных батарейках не проедешь, и определенная глубина сознания необходима. Лимонов прошел через баррикады и подворотни, через любовь, через стихии, через трудное пробивание к писательской славе, и поэтому он в состоянии сегодня вести какую-то организацию. Я сомневаюсь, что человек, начинающий с нуля, с чистого листа - при всем позитивном отношении к нему, при всей его свежести - будет той панацеей от общественного кризиса, который возможно мы наблюдаем сегодня.

С. Корзун: Молодые не на дотации общества?

В. Линдерман: В идеале я думаю, что до 14 лет человека, вероятно, должно вести общество, как-то опекать его. Но Национал-большевистская партия стоит за то, чтобы снизить планку, в том числе, избирательного возраста: по крайней мере, до 16 лет, а в перспективе - до 14 лет. Я думаю, что сегодня телевидение достигло такого воздействия на головы людей, что в принципе человек получает весь необходимый информационный багаж для участия в политике государства очень рано. И это не факт, что среднестатистический человек в 70 лет сегодня разбирается в политике и жизни общества лучше, чем человек, которому 15 лет. У меня есть много примеров обратных: большинство людей в России, по крайней мере, с определенного возраста, в силу алкоголя и достаточно косной жизни, впадают в маразм. Гибнут сегодня молодые люди в Чечне, уже неизвестно за что - за кадыровский режим, совершенно бандитский. Ведь это фактически их послали своими голосами, опосредованно через власть, пенсионеры. А с какой стати?! Потому что они не разбираются в ситуации в Чечне, не видят, что Чечню отпустят в любом варианте - и в путинском, и в любом другом. Люди просто проливают кровь за Кадырова.

С. Корзун: Молодые точно также имеют возможность голосовать...

C. Шаргунов: И более того, я убежден, что молодые сегодня гораздо более слепы, нежели пенсионеры, воспитанные в более-менее гуманистической системе, и поэтому они как раз с большим рвением поддерживают чеченскую компанию.

В. Линдерман: Пожилые воспитаны в системе советского рабства и в системе сегодняшнего постперестроечного рабства, то есть большинство этих людей - конформисты, они всегда голосуют за власть. Почему эти люди должны быть признаны самой достойной частью общества?

C. Шаргунов: Я, пожалуй, соглашусь с Владимиром в том, что необходима вентиляция кадров, в том, что нужно привлекать молодых с их свежестью и дерзостью. Но с другой стороны я бы не судил так наотмашь, потому что...существует и ранний, юношеский маразм, который проявляется, в том числе, в максимализме, когда существо летит поверх барьеров, не замечая никаких сложностей и ловушек бытия. Поэтому я не думаю, что эта проблема поколенческая, скорее человеческая, антропологическая: нужно привлекать лучших, достойнейших, а не просто юных.

В. Линдерман: Безусловно. Я не имел в виду, что только возраст определяет позицию человека в идеальном социуме. Я уже сказал, что определяет талант и воля - вот два базовых качества. Просто сегодня для России, страны косной, в которой именно взгляды пенсионеров, прежде всего, определяют ее эстетику, вкусы, ее общий уклад жизни, в этом обществе, безусловно, нужен молодежный взрыв. А так сам по себе биологический возраст не играет никакой роли. Талант и воля - вот что должно быстро, социально мобильно, возносить человека наверх.

С. Корзун: Вопрос ко всем, назовите пример страны, которая отличается от этого и наиболее близка к Вашему идеалу построения общества? С точки зрения его "молодежности".

В. Линдерман: Идеальная страна, которая соответствует нашему пониманию общества, пока изложена только на книжных страницах - в книге Эдуарда Лимонова "Другая Россия". Все великие утописты пытались сначала в книге, а затем у многих получалось, какие-то фрагменты из этих утопических идей включались в реальную жизнь. Сегодня для национал-большевика именно общие очертания той будущей цивилизации, на которую мы ориентируемся, изложены в книге "Другая Россия".

С. Корзун: Но, тем не менее, Соединенные Штаты ли, какая-либо из европейских стран, наиболее либерально продвинутая, - типа Нидерландов или Дании: они ближе к идеалу, чем Россия нынешняя?

В. Линдерман: Тут дело не в этом. И там и там правят просто разные типы обывателей: в Нидерландах это более цивилизованный, более вежливый, более терпимый к марихуане и ко всему такому прочему обыватель, а в России правит обыватель, более терпимый к алкоголю и к другим обывательским трюкам. Но в принципе мы не сориентированы на страну, в которой правят обыватели. Понимаете, жизнь человека кончается смертью, и жизнь любой цивилизации кончается смертью этой цивилизации. Мы сейчас ориентируемся на старт любого государства, сейчас важен старт. Штаты на заре своего становления - безусловно, по-своему великолепное государство, и Французская революция породила великолепное государство, а потом естественным образом пошла энтропия, застой, умирание.

Сейчас Россия по нашим понятиям находится в стадии down. И мы хотим вырулить вверх. Зачем говорить о каком-то конкретном государстве, на которое мы ориентируемся? В чем смысл? Практически это не применимо: у них свой путь, у нас свой путь.

C. Шаргунов: Мне кажется, что шоковая терапия, которую зачастую предлагают утопии, такая радикальная, вселенская шоковая терапия, конечно, должна учитывать специфику российского государства, потому что есть своеобразие: есть своего рода очарование и в этих заснеженных дорогах, и в лаптях, и в валенках, которые до сих пор практикуют наши граждане.

С. Корзун: Художники - страшная вещь. Забыл фамилию, но кто-то и взрывы двух небоскребов в Нью-Йорке описывал как эстетически мощную, красивую картину.

C. Шаргунов: Я имею в виду, что существуют сложные миросозерцания в России, медленное падение снегов и некое растворение в природе. Поэтому кумачом, шершавостью призывов можно очень навредить этой специфике. Тем более, Россия - это большое государство, и по-прежнему оно остается таковым. Нужно деликатно обращаться с народным сознанием, и может быть, в нем черпать определенные творческие мотивы, потому что русская литература - это все-таки штука особенная, просиявшая и прогремевшая на весь мир.

С. Корзун: Тем не менее, к вопросу: есть ли где-нибудь страна или общественное устройство, наиболее близкое Вам?

C. Шаргунов: Нужно стремиться к социальной защите населения, это понятно. Я лично придерживаюсь позитивистских взглядов, соответственно называемых предыдущим оратором "европейскими маленькими государствами": они вызывают, пожалуй, приязнь, именно в плане своей поддержки и какого-то комфорта для людей. Вообще, и литература и искусство - это отчасти вещь обывательская: поскольку мы все здесь "бываем", то мы в каком-то плане обыватели.

С. Корзун: Господа, заключенные в темной комнате, которых слышно только по микрофону, что Вы хотите добавить по ходу этой дискуссии? Есть ли у Вас идеал в какой-нибудь из стран, и к чему надо стремиться нашей стране?

О. Бондаренко: Если говорить с точки зрения наличия реальной демократии, то, понятно, можно пытаться ориентироваться на какие-то западные, европейские государства. Но в то же время, как Вы думаете, Сергей, почему в последнее время появилось такое мощное движение как антиглобалистское движение? Безусловно, этого движения не было бы как такового, если бы был какой-то идеал вот такого государства для молодых.

C. Шаргунов: Почему не было бы? Я думаю, что молодежь скорее с жиру бесится, говоря грубо.

О. Бондаренко: Антиглобалисты есть везде, во всех странах фактически они присутствуют, и сейчас в Индии будет проводиться всемирный форм антиглобалистов. Но если рассуждать с точки зрения наличия какой-то реальной эстетики, самая настоящая эстетика что ли для молодых присутствовала в Германии 30-х годов - ранней национал-социалистической Германии, и в Советском Союзе 20-х годов, когда эти чернобровые и белокурые бестии, затянутые в кожу и портупеи, шествовали колоннами по улицам мегаполисов. Вот это была эстетика, которая тогда реально привлекала молодежь. Мы все помним, что революция делается молодыми: это факт, и с этим мало кто может спорить. Такого идеального государства для молодых нет, и как утопию его невозможно в принципе построить.

C. Шаргунов: Конечно, существует эстетика, но для всех она своя. На всевозможные процессии, марши и колонны можно любоваться с широкого киноэкрана, это тоже мило. Но, к сожалению, есть практика, которая состоит в том, что авторитарные режимы, как правило, подавляют творческое, самостоятельное сознание человека.

Возвращаясь к антиглобалистам, можно заметить, что это явление неизбежное, в любой стране мира (и это хорошо) возникают протестные движения, развивается гражданское общество. Известно, что антиглобалисты - это отпрыски богатых семей, "золотая" молодежь, прокуренная марихуаной, со всевозможными панковскими примамбасами. Это скорее постмодернистское ауканье тех - более насыщенных, пышущих кровью с молоком - движений 60-х годов. То есть я бы не обольщался этим движением, безусловно.

О. Бондаренко: Я позволю себе категорически не согласиться с тобой. Я был только недавно на европейском антиглобалистском форуме в Париже, который был в ноябре, я видел этих отпрысков, как ты говоришь, богатых родителей, - ничего подобного там нет. Я видел реальных рабочих из земли Хессен, из Баварии, из стран Африки - простых ребят, которые были очень просто одеты, которые ночевали в простых залах, жили на стадионах. И это отнюдь не богатые люди - это именно люди борющиеся, ищущие идею.

C. Шаргунов: Конечно, люди, борющиеся по-разному: одно дело - африканец, другое дело - жители Европы. И второе, всем известно, что Советский Союз при всех его минусах неким образом гуманизировал Европу, вернее повернул и Америку и Запад к некой социальной заботе о людях: одно дело - Америка 30-х годов, другое дело - сегодня. Соответственно я думаю, что антиглобалисты - это позитивное, хорошее, действенное явление, и возможно, они будут каким-то образом социально "смягчать" свои страны.

С. Корзун: Мы уже близки к завершению нашей дискуссии. Раньше была песня "Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым". В чем секрет молодости - для каждого из участников нашей дискуссии? Что бы Вы поставили первой частью этой фразы?

Владимир, Вы говорите, что это не вопрос возраста, а вопрос чего? Что определяет молодость?

В. Линдерман: Я затрудняюсь дать рецепт.

С. Корзун: Сколько Вам лет?

В. Линдерман: Мне 45.

С. Корзун: Вы молодой?

В. Линдерман: Абсолютно молодой.

С. Корзун: Давайте рецепт Вашей молодости.

В. Линдерман: Нет, я никакого рецепта не дам. Я думаю, что это природная случайность, какая-то комбинация генов, которая делает одних людей и заряжает энергией на всю жизнь, это определенное избранничество. Это, во-первых, данный талант. А другое дело - воля: пока ты сохраняешь волю, ты останешься молодым до самой смерти.

С. Корзун: Роман, у Вас есть Ваш рецепт? Я обращаюсь к Роману Попкову, который принимал участие в первой части нашей беседы.

Р. Попков: Для любого, по-настоящему молодого, человека главным определением его молодости является воля к власти, воля к экспансии, к тому, чтобы завоевать себе место под солнцем. В том числе, и в довольно-таки глобальном аспекте это проблемы. То есть это социальная активность того или иного человека. Тот, кто стремится наперекор всем преградам изменить кажущийся незыблемым порядок вещей, - тот, безусловно, молод.

С. Корзун: Олег, к Вам тот же вопрос.

О. Бондаренко: Мне кажется, этот вопрос лучше всего адресовать не нам, молодым, а в принципе такому человеку, например, как известный философ Александр Александрович Зиновьев. Вот ему 83 года, он по-прежнему пишет радикальные, максималистски молодежные вещи, при этом он имеет, по-моему, 9-летнюю дочку, как Гете, женившись в очередной раз уже в преклонном возрасте. Вот, может быть, такие люди, как Зиновьев, - это люди, знающие рецепт вечной молодости.

С. Корзун: Сергей, Вам завершать.

С. Шаргунов: "На свете счастья нет, но есть покой и воля". Может быть, в этом диалектическом, сложном сочетании двух явлений и состоит предназначение человека. А молодость достигается через пытливость и активность сознания.

С. Корзун: Спасибо всем нашим участникам. Я думаю, что много вопросов было поднято, и кое на какие из них мы даже, может быть, ответили. Счастливо всем!

Часть 1
Часть 2
Часть 3

Полит Х - Телевизионный Интернет-канал
Главная страница > X-Архив > Владимир Линдерман и Сергей Шаргунов
Программа и трансляция — Авторское Телевидение © 2003-2004
© «Полит Х». При полном или частичном использовании материалов ссылка на этот сайт обязательна.
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
Полит Х - Телевизионный Интернет-канал